хозяина и снова опустил голову на лапы.

Советник Корэй поглядывал на часы. Нет, пожалуй, он не сможет досидеть тут

до развязки: дела не ждут, он не может отложить ведомственные обязанности.

– Что ж, пес… пойду я… не взыщи, – сказал он Нату. – Держись, свидимся еще.

Нат вздохнул. Советник скрылся за поворотом.

* * *

Учитель хозяина вышел из комнаты, откуда сильно несло какими-то резкими и

отвратительными запахами. Волк уже не верил, что доживет и дождется его.

– Теперь все решит только время, – сказал Паском, присаживаясь возле

вернувшегося из приемной Тессетена. – Ты не знаешь, для чего он полез туда?

– Не поверите, господин Паском – для меня самого это загадка… – судорожно

сглотнув после первой фразы кулаптра, ответил Сетен. – Не могу представить, что такое дернуло его с утра пораньше… Он ведь никогда не увлекался

альпинизмом, да и в горах мы бывали только на пикничках…

– Но что-то же его сманило? Неужели он не поделился с тобой своими планами?

По-моему, он доверяет тебе, как самому себе…

Сетен поджал губы в попытке вспомнить и, поведя плечами, отрицательно

мотнул косматой головой.

– Да н-нет… пожалуй… Он всю ночь забивал мне голову своей астрофизикой, какими-то терминами, экзаменационными делами… Мне пришлось попросить

его заткнуться: право, я же не доканываю его словечками из области экономики!

Только я сомневаюсь, что это моя просьба повергла его в самоубийственный

шок и погнала на Скалу… Может, это его от учебы переклинило, а?

Паском озабоченно вперил взгляд раскосых глаз в волка.

– Очень плохо…

– Что именно?

– Что Нат умирает – плохо.

– Да уж… хорошего мало…

Но Нат ощутил легкое удивление друга хозяина: как может Паском сетовать о

звере, когда неизвестно, выживет ли человек? Да это и понятно: Тессетен же не