Пятьдесят четыре года, рост пять футов семь дюймов, вес сто тридцать фунтов. Смуглокожий, черные волосы, карие глаза. На левой руке не достает двух - двух последних - пальцев. Потерял их, когда был напарником одного из рыбаков, прежде чем нанялся к Гуляке. Кажется, они подцепили на крючок большую черную марлинь, Лео держал бечеву и в суматохе, для большей надежности, обмотал ее пару раз вокруг пальцев, чего ни в коем случае делать нельзя. Рыба рванулась, бечева натянулась и пальцев как ни бывало. Думаю, случилось это, когда он был молодым и зеленым, потому что у Гуляки он никогда не делал подобных глупостей, да иначе и не продержался бы у него целых одиннадцать лет. Крепкий парнишка и на все руки мастер: он тебе и курс в непогоду удержит и горячее подаст, пусть яхта хоть на ушах стоит. Гуляка всегда считал, что с Лео ему крупно повезло.

У меня промелькнула мысль, что пятидесятичетырехлетний представитель национального меньшинства - судя по его фамилии - мог за одиннадцать лет устать разыгрывать из себя пай-мальчика, однако мое шведское происхождение позволяет мне в лучшем случае претендовать на знание скандинавов, да и то, я не слишком уверен в том, что касается норвежцев, финов и датчан. Я открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но передумал. Все темные пятна на биографии Лео Гонсалеса наверняка отражены во врученном мне досье, а то, что Хазелтайн явно его недолюбливает и тем не менее угрюмо перечисляет все его добродетели, еще больше утвердило меня в мысли, что рассказывает он далеко не все. Что ж, для опытного секретного агента правительства, зачастую просто помешанного на секретности, недоговорки - родная стихия.

Я сделал попытку прощупать почву.

- Амиго, ты уверен, что твоя девушка жива, но упрямо говоришь об ее отце в прошедшем времени. Пожалуйста, растолкуй мне это противоречие.

Хазелтайн нахмурился, и его глаза опять сделались мутноватыми и неприятными. Это навело меня на мысль, что миллионер из Техаса с сильной примесью индейской крови представляет собой еще одно национальное меньшинство, в котором я совершенно не разбираюсь.