— Тогда делаем так… Я начну сверху, с режиссера то есть. Ты, Егор, снизу, — обратился он к Немигайло, — с рабочих, которые труп обнаружили, ну и вообще потолкуй с разными рядовыми работниками, которые могли быть в студии. Не знаю — осветители там или гримеры какие-нибудь. Сам по ходу дел разберешься. Вася, — повернулся он к Пупкину, — возьмись сбоку, с охраны, тщательно выясни, кто и как может пройти на территорию, кто составляет списки для выдачи пропусков. Постарайся где-нибудь разыскать ксерокс и сделать ксерокопии сегодняшних списков. Особое внимание удели порядку выхода посетителей и работников с территории студии. Требуется ли для этого предъявлять или сдавать пропуск? Вы как, Виктор Николаевич? С кем-нибудь из нас?

— Нет, пока останусь здесь, — отозвался Мишаков. — Тут еще полно процессуальной волокиты. Те же гильзы, что Ира нашла, надо правильно сфотографировать, отметить на схеме, зафиксировать и изъять. Потом труп описать. Сами знаете — оружие следователя не пистолет, а авторучка. Кстати, о пистолете… А пистолет-то кто будет искать, Арсений Петрович?

— А вот Миша, — указал Колапушин на Ечкина. — Он вам с Алексеем Сергеевичем поможет с трупом, а потом останется с рабочими. Они станут разбирать декорации, а он искать пистолет.

— А почему я? — обиженно спросил издали Ечкин. — Что, я не могу охрану опросить?

— А потому, друг дорогой, — наставительно произнес Немигайло, — что очень любишь ты скоропалительные выводы делать. Все правильно, Арсений Петрович, пусть остается со следователем и экспертами и узнает, почем фунт сыскного лиха. Может, что и поймет наконец.

Глава 5

— Так сколько народу было в студии, когда вы пришли разбирать декорации?