Командир поманил разведчика к себе. Когда тот приблизился, сказал ему вполголоса:

– Проводи мальчишку... Только так, чтобы он не видел. Заодно посмотришь дорогу – мы выйдем следом за тобой, через полчаса.

– Хорошо. – Руслан кивнул.

– И еще... – Салаутдин придержал разведчика за руку. – Если что есть здесь – забери... Сюда мы больше не вернемся...

Хабаев на это ничего не сказал, только еще раз кивнул. Отошел в темный угол, немного пошуршал там... И уже через несколько секунд, забросив за спину автомат, бесшумно выскользнул в быстро опускающиеся снаружи сумерки.

Остальные бойцы в это время собирали вещи. Опять же, насчет вещей – громко сказано. В тощие рюкзаки укладывались в основном боеприпасы. Ну, и еще немного продуктов... На несколько дней пути. А все остальное... Да в Грузии купят!

Схрон Даудов покидал последним. Остановившись посередине, еще раз окинул взглядом помещение, которое почти полгода служило ему и домом, и убежищем от многочисленных врагов. Потом решительно выкрутил фитиль лампы. Подземная комната погрузилась в темноту...

Выбравшись наружу, Салаутдин глубоко вдохнул холодный горный воздух, покрутил головой, оглядывая окрестности. Потом решительно закрыл крышкой-пнем темный провал входа...

Все. Очередной сезон закончился. Сюда он до весны уже не вернется. Уйдет по перевалам и горным козьим тропам, которые никогда не смогут перекрыть федералы, в Грузию. Ну а оттуда – в Турцию... Домой... На отдых...

Вот только сначала забежит к сестре, узнает, что же произошло... И скажет Хамиду, чтобы присмотрел за укрытием...

2

Василий Скопцов, независимый красногорский журналист, в настоящий момент выполнял несвойственные ему функции... Или, наоборот, свойственные?.. Наверное, он и сам бы не смог толком определить. Все смешалось в этом городе... Да и у него в голове тоже...