– Эдик, к тебе пришли.

Субъект покачал головой, тупо уставился на меня, тщетно соображая, кто это мог быть и зачем он явился в такой неурочный час.

Я представился:

– Мареев Валерий Борисович, хочу с вами побеседовать насчет вашего друга Андрея Вонюкова.

Эдик прищурил один глаз, как будто что-то вспоминая. Прошло несколько секунд. Я понял, что надо действовать быстро. Вынув из кармана пятерку, я повернулся к буфетчице и сказал:

– Бутылку «Волжанина», пожалуйста.

– Вот это дело! – откликнулся Грибов. Выражение его глаз напоминало немигающий взгляд кота, который стоял на задних лапах, тщетно пытаясь достать до стола, где разделывали мясо.

Получив пиво из рук буфетчицы и открыв бутылку тут же выданным мне ключом, я передал ее в руки Грибова. Когда он сделал несколько глотков и остановился, чтобы перевести дух, я спросил:

– Ну так что, поговорим?

– Угу, – согласился Грибов.

Мы прошли в предбанник сауны, где Грибов расположился на скамейке.

– Я частный детектив, – решил я несколько прояснить ситуацию, когда лик моего визави под целебным воздействием «Волжанина» чуть-чуть просветлел от непроглядной темени похмельного синдрома.

– Ну и что? – равнодушно прореагировал Грибов.

– А то, что ваш приятель Андрюша Вонюков исчез, – склонившись к нему, как бы доверительно сообщил я.

Грибов изобразил нечто на подобие удивления.

– Как это? – выдавил он из себя.

– А так. Может быть, вы были последним, кто видел его.

– Нет, – с уверенностью, мало соответствующей его физическому состоянию, заявил Грибов.