нетерпением ждал конца рабочего дня, он услышал осторожный стук в дверь:
- Разрешите, товарищ лейтенант?
Это был фельдшер сержант Блохин, по кличке «Блоха». Высокий, нескладный и
медлительный, он никак не соответствовал своей кличке, но был неглуп, не болтлив и
исполнителен, посему полностью устраивал лейтенанта. Впрочем, другого фельдшера в
медпункте полка всѐ равно не было.
- Товарищ лейтенант! Так вы знаете, что произошло с рядовым Животягиным? Ну, который днѐм был, с неуставными взаимоотношениями на морде? Помните? Вы ещѐ сказали, мол, факт на лице?
- Помню. И хотя, в сущности, мне по барабану, что с ним, но давай. Один хрен до
19:00 ещѐ целых полчаса...
- Он был направлен в помощь сварщику. И хорошо помогал, всѐ было нормально, но в
один момент, когда сварщик повернулся, он вдруг увидел, что идиот Животягин приволок
откуда-то банку с солидолом и собирается смазать вентиль баллона с кислородом - видите
ли, туго открывается! Сами знаете, если смазка попадѐт в кислород, рванѐт так, что ноги-
руки взлетят выше второго этажа! Я на гражданке один раз видел - гвоздец всему! Короче, сварщику некогда было обьяснять, он только успел врезать дураку по роже прямо горелкой!
Хорошо хоть холодной!
- Ага, вот почему щека-то рассечена была! Поделом, знал бы - добавил!...
- Товарищ майор! А как вы узнали все эти подробности?
- Военный мир тесен. Я встретился с Приборкиным на курсах повышения
квалификации.
Два месяца спустя рядовой Животягин, успешно закончив учебку, получил права
водителя 3-его класса и был направлен в артиллерийский дивизион десантно-штурмовой