- Димка-а-а! Живой! - раздался крик на весь магазин, и мощные загорелые руки
заграбастали студента в охапку и закружили.
- Это правда ты? Ты, Джимми? Дорогой, любимый мой! - всё повторял Димка, спеленатый
Джимом, и всё целовал и целовал его глаза, нос, губы, щёки, по которым тоже текли
слёзы. - Я искал тебя. Куда ты делся? Я не верю своим глазам!
- Димочка, милый мой, заюнчик мой солнечный, я же тоже тебя ждал и искал всё это
время. Вы так неожиданно уехали тогда, и всё. Как сквозь землю. Я был в полном ауте!
Жить не хотелось - клянусь! Мне так много тебе надо обо всём рассказать...
Два парня всё кружились и кружились в обнимку в центре магазина, осыпая друг друга
поцелуями и громко восклицая. Все, кто был рядом, притихли и оторопело наблюдали эту
необычную сцену.
- Так, товарищи, господа, месье, ничего интересного уже не будет. Можете расходиться.
Всем спасибо! - хорошо поставленным голосом массовика-затейника разгонял зевак
щёголь и, повернувшись к обнимающимся ребятам, проговорил: - Ну что, братишки, может, мы продолжим где-нибудь в другом месте? Тут уже толпа собралась, сейчас
автографы начнут брать. Да к тому же в "Канцтоварах" даже "Каберне" не подают. Надо
же отметить! - он настойчиво стал теснить ребят к выходу.
На улице счастливых парней встретило яркое солнце, и ветерок стал нежно тереться о
щёки, ворошить волосы.
- Димуль, извини, ради бога. Ты же ещё ничего не знаешь. Знакомься, - повернулся Джим
к щёголю. - Это твой брат Серёжа.
В ответ лишь захлопали белые перья-ресницы.
- Не удивляйся! Вернее, привыкай удивляться. Сейчас это у тебя будет на каждом шагу.
Мы с Сергуней породнились. Значит, и ты, как мой брат, тоже приходишься ему братом.
Если бы не он, мы бы сегодня не встретились. Скажи ему спасибо, что он тебя увидел.
- Спасибо, Серёга! - крепко пожал протянутую руку Димка. - А ведь мы могли не