— Юрий Иванович, — взмолился Васин, — это еще не все. Можно я закончу, а тогда решайте — останавливать машину или ехать дальше. Хотя мы уже приехали.

В этот момент машина действительно притормозила у какого-то дома. Видимо, это и была улица Кукина. За долгие годы следственной работы Бойко достаточно хорошо изучил город, однако в этом месте ему бывать не приходилось.

— Ладно, — проворчал он, открывая дверцу. — Веди в квартиру, по дороге закончишь.

Но едва Бойко и Васин ступили на тротуар, как под ногами у них что-то громко захрустело и заскрипело.

— О, черт! — выругался Савелий, тут какую-то дрянь рассыпали.

— Не дрянь, а стекло, — с досадой констатировал Юрий Иванович, разглядывая попеременно подошвы своих пижонских замшевых ботинок. — Ты, дружок, мне теперь обувь новую должен приобрести. За казенный счет. А то, если я по норвежской столице с таким скрипом пройдусь, меня арестуют за нарушение общественного спокойствия. Вот ведь мерзавцы, поменять толком не могут!

— Что поменять? Ботинки? — не понял Васин.

— При чем тут ботинки… Рекламу.

— А при чем тут реклама?

— При том, мой дорогой, что мы сейчас топчемся на остатках рекламной вывески, которую недавно демонтировали. Вон, видишь, еще несколько кусков стоят возле дверей магазина. Ну, да ладно, пошли быстрее. Не ботинки — времени жалко.

— А чего ты вообще на другой стороне улицы встал? — набросился вдруг Васин на водителя. — Высадил бы нас у подъезда, а потом уж парковался.

— Да там вообще места нет, — обиженно пробубнил шофер. — Вам тут два шага пройти, вон ваш подъезд, прямо напротив.

— Ладно, — оборвал перебранку Бойко. — Пошли, Савелий.

Они быстро пересекли неширокую улицу и вошли в нужный подъезд.