Он направился к двери.

- Именно поэтому я сейчас вылетаю самолетом. 6 марта состоится заседание Совета национальной безопасности, на котором предполагается рассмотреть последствия эмбарго и, главное, принять решение. Президент страшно рассердился.

На губах Роджерса вновь появилась сардоническая улыбка.

- Я думаю, что главной причиной является то, что он уже не может подогревать воду в своем новом бассейне. В любом случае наш дорогой директор пребывает в сильном волнении. Он возложил на меня персональную ответственность за ближайший отчет.

- В чем он будет заключаться? - спросил Малко.

- Надо узнать, что у этих чертовых арабов на уме. То нас называют убийцами, то требуют от нас чуда. Нефтяные компании содержат целые полки профессиональных блюдолизов повсюду, где есть нефть. Все эти люди были застигнуты врасплох. А теперь нужно, чтобы мы совершили чудо. Все мои люди заняты этим. У них только один ответ: "Это продлится до тех пор, пока вы не уступите..." Бюро научных исследований Службы безопасности составило ужасающую сводку. У арабов столько денег, что они могут продолжать эмбарго в течение двух лет. Как вам такая перспектива? Через два года мы будем жить в лачугах и отапливать их сухими листьями, если их еще можно будет найти...

Марти Роджерс надел пиджак и вышел с Малко в коридор. Через стеклянную перегородку тот заметил программистов, спокойно работавших над ворохом документов. В одном углу висел большой плакат с изображением Генри Киссинджера. Два программиста, чтобы расслабиться, метали в него маленькие стрелы. Марти Роджерс, улыбнувшись, пожал плечами...