Миссис Мэннерз раскрыла было рот, но, перехватив взгляд Кризи, быстро его закрыла. Он продолжал:

- Есть еще одно обстоятельство, о котором я должен вас предупредить. Вы знаете, что мы с Майклом остановились в публичном доме. Я уже что-то говорил вам о его хозяйке - Блонди. Ей лет семьдесят, она итальянка и совсем не блондинка. Мы подружились лет двадцать пять назад, когда я еще служил в Иностранном легионе. Не буду утомлять вас рассказом о том, почему она стала мне близким человеком, - так уж получилось. Когда-то жена Макси Николь работала у Блонди. Я взял ее в восемьдесят девятом году с собой в Вашингтон в качестве приманки. Это была часть операции, которую мы провели с Джимом Грэйнджером. Именно тогда он впервые встретился с Николь. Макси тоже принимал участие в этой операции. Время тогда было опасное, и, как нередко случается в такие моменты, Николь и Макси полюбили друг друга. По возвращении в Европу она бросила работу у Блонди, а он оставил ремесло наемника. Они купили бистро и вместе с младшей сестрой Николь втроем стали им заниматься.

Кризи замолчал, взглянул на часы и продолжил рассказ, только теперь он говорил быстрее.

- Так вот, к моему величайшему удивлению, сегодня днем Блонди заявила мне, что будет с нами ужинать. Она почти никогда не покидает свой квартал и, сколько я ее знаю, никогда никуда не выходит по вечерам. Однако она очень гордится Николь, и, если я правильно понимаю, этим жестом Блонди хочет оказать ей честь. Именно поэтому Блонди сегодня будет одета так, будто идет на прием к английской королеве, хотя встреча будет проходить в скромном бистро. Только поэтому я позволил себе передать вам с Раби просьбу одеться подобающим ситуации образом. Я специально заостряю ваше внимание на том, что сегодня вечером вы будете ужинать в компании хозяйки публичного дома. Если вы ее обидите, то тем самым обидите Николь и, естественно, Макси. Конечно, он все равно ответит на мои вопросы и даст совет. Но есть еще одна вещь, которую я хотел бы от него получить.