Он что - забыл, с кем разговаривает?.. - изумленно думала я, вполуха слушая восторженный дядин бред. Похоже, да, забыл - иначе не осмелился бы мозолить мне уши описаниями «потрясающей внешности» пасынка. - Красавчик! - говорил он с придыханием, - просто красавчик!.. Девочки толпами бегают!.. Черненький такой, прямо демоненок; брови вразлет, а глазищи под ними - во!.. Огромные!.. (Что-то у наших будущих родственников все было «огромным»!). Черты лица…

- Они что - цыгане?! - с ужасом спросил отец, появляясь в дверях гостиной. Да нет же, скорее - грузинские князья. Вы бы видели этого мальчика! Тонкие, аристократические черты лица, точеный нос…

Тут меня охватил нервный хохот, и я убежала в спальню, чтобы не слышать дядиных разглагольствований. Смеялась я по двум причинам. Первая: у моего деда Ильи в Воронеже есть токарный станок, на котором он любит вытачивать шахматные фигурки; «точеный» нос в форме коня или пешки представлялся мне сомнительным украшением. Вторая и главная: повидимому, дядя Ося и впрямь настолько ошалел от свалившегося на него счастья, что забыл о моей беде напрочь… Не скажу, чтобы мой смех был очень веселым: кажется, именно тогда я впервые по-настоящему осознала свою ущербность - и долго еще рыдала, уткнувшись лицом в подушку.

Спустя неделю (почти все скромные дядины пожитки успели за это время незаметно уплыть из дому, оставив зияющие пустоты на полках и полочках) Оскар Ильич огорошил нас известием, что его новая семья вполне созрела для смотрин и вот-вот нагрянет к нам с визитом вежливости. Это вызвало легкую панику - каждый втайне боялся, что будущие родственники, увидев нас, испугаются и передумают. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Окинув квартиру цепким взглядом опытного стратега, мама объявила генеральную уборку, и всю неделю мы, ужасаясь мысли не угодить благодетелям, вкалывали, как волы.