- Вот на ось ее и повесь, - сострил папа, выходя из туалета с глянцевым журналом в руках. Шутка осталась незамеченной - взрослые в эту минуту увлеченно оттаптывали друг другу ноги, ища местечка для вещей; один лишь вундеркинд слегка усмехнулся, но тут же поспешно придал своему лицу выражение снисходительного равнодушия.

Наконец, гости разобрались с верхней одеждой, попросту навалив ее кучей на небольшой столик, стоящий под зеркалом в прихожей (Игорек слегка скривил губы, увидев, как непочтительно погребли его куртку под огромной шубой Захиры Бадриевны и дяди-Осиным драповым пальто), и мы всей гурьбой отправились в гостиную, где нас ждал роскошно накрытый стол. С шутками и смехом раселись по местам: мы с папой - по одну сторону, Захира Бадриевна с сыном - по другую, дядя Ося - у стены, в торце, где просто никто больше не хотел садиться, а мама-хозяюшка - напротив него, у двери, откуда ей было сподручнее отлучаться на кухню за новыми яствами. Вряд ли случайным было и то, что мы с чудо-ребенком оказались vis-a-vis.

- А это наша Ю-улечка, - нараспев произнесла мама, обняв меня за плечи: она вдруг вспомнила, что не успела представить меня молодому человеку. Тот украдкой послал мне все тот же долгий, полный дерзкого намека взгляд - и чуть заметно кивнул маме: вижу, мол, что Юлечка...

- Гарри, - спокойно представился он, напрочь игнорируя «Игорька». Мама заулыбалась.

- Гарри Каспаров? - игриво спросила она. - Чемпион?..

Мальчика явно покоробило, но он тут же справился с собой: - Нет, - нарочито-вежливым голоском ответил он, - Гарри Гудилин, - и взглянул на мою бедную маму с брезгливой жалостью.

Захира Бадриевна пояснила: Гудилин - фамилия ее покойного мужа, Игорькова отца, Гарри - производное от «Игоря»… Тут мама - а за ней и дядя Ося, радующийся ее радости - пришла в полный восторг. И вправду, как остроумно придумано! Действительно ведь был такой Гарри Гудини - великий маг-иллюзионист!.. За это стоило выпить, и Оскар Ильич под общий радостный испуг выстрелил пробкой прямо в огромное трюмо, которое от удара содрогнулось и застонало, но почему-то не разбилось; взрослые с готовностью зазвенели бокалами; дядя загадочно пообещал, что Игорек еще покажет нам свои чудеса.