Угрозы своей он, конечно, не выполнил, напротив, - в день «икс» появился на пороге нашей квартиры в одном из лучших своих костюмов, держа на отлете роскошный букет чайных роз. Подарок тоже оказался вполне на уровне: «Паркер» с золотым пером и дорогой органайзер. Весь вечер Гарри блистал светским обхождением, выказывая бывшему отчиму прямо-таки сыновнюю почтительность, - так что даже мама, с давних пор считавшая «Игорька» весьма сомнительной личностью, сменила гнев на милость, признав, что уж в чем-в чем, а в умении вести себя ему не откажешь. И лишь одна я знала правду. Не далее как на днях моего названого брата вдруг осенила мысль, что призвание призванием, деньги деньгами, а подумать о высшем образовании все-таки не мешало бы; а, так как выбор вуза был ему абсолютно безразличен - «Я - профессиональный иллюзионист…», - то он и предпочел путь наименьшего сопротивления, решив подольститься к Оскару Ильичу, у которого, кажется, еще со времен аспирантуры остались кой-какие связи на психфаке МГИПУ. От армии Гарри давно и благополучно отмазался (тоже благодаря связям - на сей раз тети-Зариным!), а, значит, вполне мог позволить себе роскошь стать гуманитарием.
Он не прогадал. Это я, Гаррина душеприказчица, знаю, как ловко мой братец умеет имитировать любые чувства - от ледяного презрения до восторженного обожания, - но бедный дядя Ося, давно отвыкший от уважения - да что там, просто от человеческого отношения к себе! - был не на шутку тронут; а, узнав, что «сынок» (он упрямо продолжал так его называть!) решил пойти по его стопам, даже прослезился.