Это было невыносимо, и падре Жозе Педро взорвался. Хотя онзнал, что большинство священников не возражают против такого обожания иполучают неплохие подношения в виде кур, индюшек, вышитых носовых платков, аиногда даже старинных золотых часов, которые передаются в семье из поколения впоколение. Но у падре Жозе Педро было иное представление о своей миссии, оносуждал подобное поведение святых отцов и поэтому реагировал чересчур страстно:

      - Вам что, нечего делать? У вас нет дома, вам не о комзаботиться? И я не Иисусик и не Архангел Гавриил... Идите домой... работать,готовить обед, ужин.

      Богомолки смотрели на него так, словно он был самимАнтихристом.

      - Работая по дому, вы лучше послужите Богу, чем здесь,нюхая подолы священников. Идите, идите...- закончил падре.

      И даже когда они ушли, напуганные, он все повторял скореес болью, чем злостью:

      - Христосик... Поминают имя Господа всуе.

      А старые святоши побежали прямиком к падре Кловису, своемулюбимому духовнику, который был толст, лыс и всегда находился в прекрасномнастроении, и рассказали, стеная и охая, о том, что пришлось им только чтопретерпеть. Падре Кловис ласково смотрел на них и утешал, как мог:

      У него это скоро пройдет. Это поначалу. Потом он увидит, чтовы просто святые, истинные дщери Господни. Это пройдет. Не печальтесь. Прочтите"Отче наш" и не забудьте про вечернюю службу.

      Когда они ушли, он рассмеялся и пробормотал самому себе:

      - Ох, уж эти новоявленные падре. Портят жизнь себе и людям.

      Позднее прихожанки снова сблизились с молодым священником.Но, по правде говоря, полного взаимопонимания им достичь не удалось. Суровый