Мне кажется, что я разобрался в комбинации Гояца. Как вы понимаете, сначала он вошел в дело Сигеллы. Собираясь принять вместе с ним участие в похищении Миранды. Но он хотел получить больше, чем обещал дать ему Сигелла, и кроме того, связался с Кастлиным. Узнав об этом, порвать с ним, так как Кастлину он не доверял совершенно, особенно после того, как тот стал героем одной грязной истории…
Моя рука продолжает болеть. Мне кажется, что боль распространилась до самого плеча, и то, что я стараюсь не шевелить ею, не идет на пользу. Если бы ни Конни, которая так хорошо сделала мне перевязку, не знаю, что со мной было бы.
Я продолжаю размышлять над тем, где это Сигелла сумел подцепить Конни. Этот тип умен, нельзя не признать, и не особенно падок до женщин. Те парни, которые хорошо знают свое дело, не очень — то выбирают своих красоток. Теперь осталось немного гангстеров, которые попадают в лапы полиции из — за того, что теряют осторожность и начинают лезть на рожон, чтобы удовлетворить всевозможные требования своих девочек. Но Констанция — это совсем другое дело. Мне было грустно видеть, что она вместе с таким типом, как Сигелла, несмотря на то, что он был крупным гангстером и замышлял большие дела, вроде похищения Миранды ван Зелден.
Все эти мысли пришли мне в голову, пока я сидел в тени кабестана, или как там называют эту штуку, и продумывал план действий.
Я страшно был зол на Мак Фи, так как не понимал, почему этот идиот не дождался меня, как мы с ним условились. Единственное объяснение, какое я мог придумать, это то, что этот болван Галлат был настолько обеспокоен тем, что Миранда находится на борту яхты, и так горел желанием попасть туда, что Мак Фи не мог удержать его и был вынужден сопровождать его.