Или просто начнут жить на крышах в спальных мешках? (Обрадовался бы Жиль Делёз или нет?) Что если они станут бунтующим народцем крыш? А если и не народцем, то даже отщепенцы, храбрые одиночки, — не будут ли они тоже подрывать лживую репрезентативность современной архитектуры? Вообразим себе такого одинокого борца: вообразим его сначала на крыше какого-либо административного здания под ночным звездным небом, под утренними облаками, а затем — в тюрьме, под крепкими потолками, за кирпичными стенами, куда он неминуемо попадет, если будет упорствовать в своем одиноком сопротивлении. Вообразим себе все это, чтобы еще раз уяснить: наше рабство тотально, наше сопротивление ничтожно. Но не рвите свою рубаху — разорвите Пикассо!

3. Технологии сопротивления: прикоснуться к носу Ханса Хааке

Сергею Кудрявцеву посвящается

Теперь нам хотелось бы наметить серию технологий сопротивления, связанную с непосредственными физическими воздействиями, с личными, интимизированными контактами, с персональными отношениями. Для примера мы возьмем эмблематическую фигуру интернационального художника Ханса Хааке. Этот художник получил мировую известность благодаря своим произведениям, имеющим критическую направленность. Следует отметить, что политическая критика Хааке весьма традиционна (если не консервативна): она направлена на крупные корпорации (Филипп-Моррис, например), на реакционных политиков (сенатор Хелмс, например), на музеи и коллекции (Саатчи, например), на исторические феномены национал-социализма и фашизма, одним словом, на запятнанность капитала и культуры в буржуазном обществе. Однако при этом, к сожалению, Ханс Хааке почти совсем не рефлексирует свое собственное положение истеблишированного уважаемого художника, принадлежащего институции современного искусства и вписанного в самые высокие уровни нынешней арт-системы. Критикуя социоэкономическую структуру современного искусства, Хааке говорит на языке этого искусства и является одной из наиболее репрезентативных фигур в мире художественной культуры.



13 из 86