Внешне Спиллеринг мало походил на грозу ныряльщиков. Среднего роста, с пивным брюшком, в мундире с давно - еще при прежнем своем владельце - осыпавшимся серебрением, портовый чиновник выглядел скорее добродушным бюргером, и лишь хищный прищур маленьких глаз живо напоминал о клыкастой хозяйке подводных гротов. Правда, наружность Мурены вводила в заблуждение немногих - большинство наведывавшихся в Марейн корабельщиков узнавали его издалека. Как, впрочем, и он их.
Швартовавшийся бриг являл собой исключение - довольно редкое - из этого правила. Этого корабля Щек раньше не видел - следовательно, на его памяти данное судно не удостаивало Марейн своим визитом. Факт. Спиллеринг, однако, этому факту ничуть не удивлялся. Ибо чуть более круглые, чем у крайвовских бригов, обводы корпуса, а также доски обшивки - настоящее серое дерево, это вам не сосна с дубом! - явно свидетельствовали об иторийском происхождении корабля, так же как белый с красным кругом вымпел святого Ивена на гроте - о вассальных предпочтениях его нынешнего владельца. Ну а наспех заделанные дыры в борту, прорехи в парусах и сломанный рей весьма красноречиво повествовали, каким именно путем бриг сменил подданство.
Три дукария, подумал чиновник, выходя из тени. Раскаленная сковорода над горизонтом только этого и ждала - палящие лучи мигом превратили темный мундир в подобие «девы истины», словно чья-то злая шутка перенесла Спиллеринга прямиком в подвал Башни Смирения. Надо все же купить мальчишку для таскания зонтика, тем паче рабы в этом году дешевы. Определенно надо… последние дни были удачны, вот и сейчас верных три дукария приплыли… а может даже и четыре… нет, все-таки три, огорченно поправился он, глядя, как прогибаются сходни под тяжелыми сапогами. Хоть Мурена и не знал конкретно этого человека, но зато чиновнику было преотлично известно - люди, в чей гардероб входят четыре пистолета в подвесных кобурах, абордажный палаш, два, нет, три кортика и… моряк был уже близко, и Щек прищурился, вглядываясь в серебристый отблеск на груди подошедшего… да, верно, медаль! И не какая-то побрякушка - «За Травемюр-те»! - так вот, эти люди корабли покупают очень редко. Зато продают частенько.