— Я знал Зодчую некогда, — проговорил Старик. Он сделал несколько маленьких глотков. — Не так хорошо, как полагал, иначе не страдал бы здесь столь долго. Я не знаю, что с ней случилось, кроме того, что это, по крайней мере частью, произошло по ее собственной воле. Что до Волеизъявления, то это выражение ее силы, направленное к достижению некой цели. Если ты Законный Наследник, я бы сказал, что ты должен искать ответ на вопрос: что ты на самом деле унаследуешь, и от кого?

Артур нахмурился.

— Я не хочу быть Наследником. Я хочу просто вернуть назад мою жизнь и убедиться, что все в безопасности. Но я не могу сделать это без помощи Ключей, а они превращают меня в Жителя. Скамандрос сделал мне кольцо, и оно показывает, что я уже больше чем на шесть частей из десяти преобразован чарами, и это необратимо. Значит, я все-таки стану Жителем, да?

— Твое тело принимает бессмертную форму, это очевидно, — сказал Старик. — Но не всякая бессмертная плоть есть Житель. Помни, Зодчая не создавала смертных Земли. Она изготовила семена жизни и рассеяла их по всему творению. Вы, смертные, выросли из возможностей, созданных ею, и, хоть ей и нравилось думать иначе, не по ее непосредственным планам. В тебе, как и в других смертных, намного больше, чем просто плоть, в которой ты обитаешь.

— Но я могу снова стать обычным мальчиком?

— Я не знаю, — Старик допил вино и зашвырнул кувшин далеко за пределы света часов. Звук разбивающейся посуды раздался из темноты, обнадеживая, что там еще осталась твердая почва — по крайней мере, пока. — Обратной дороги нет, это закон. Но, идя вперед, ты можешь обрести что-то из того, что желал в прошлом. Если выживешь, может случиться что угодно.

Старик сорвал еще одну розу, не обращая внимания на шипы, и поднес ее к носу.

— Возможно, тебе даже будут дарованы цветы. Часы тикают, Артур. Твое время почти на исходе.