Я не выдержал и сказал.

— Я уезжаю домой.

— Ну и убирайся, — быстро отреагировал зам.

Мне ничего не оставалось делать, как повернуться и пойти в свою комнату. Минут через десять ко мне пришел Маршак.

— Тебе не отметят командировки и не заплатят. Будет прогул, — тихо выдохнул он. — Ты подумал, что скажет главный?

Я посмотрел на него, но ни чего не сказал. Он посидел немного и ушел. Уехал я дневным поездом.

Главный меня не принимал целый день. Только под вечер, он соизволил мне зайти в кабинет.

— Что ты от меня хочешь? — спросил он угрюмо.

Я положил ему на стол докладную и встал за спинку стула, так как он не пригласил меня сесть. Главный читал, потом опять перечитывал, одним словом затягивал время, и, наконец, оторвал бумагу от лица.

— Ты давал подписку о неразглашении государственной тайны, перед отъездом.

— Давал.

— Так вот и молчи.

— Но ведь там живые люди.

— Ты что, идиот. Тебе сказали, молчи.

Мы молчали. Главный встал, подошел к графину, налил стакан воды и, вытащив из кармана таблетку, запил ее.

— Из группы зама я тебя убираю. Пойдешь в пятую лабораторию, там инженеров не хватает.

— Но я же конструктор.

— Ты думаешь, что после твоего дезертирства, я оставлю тебя на старом месте. Нет. Дудки. Поработаешь там, а как все уляжется, пойдешь на старое место. И еще, не выкинь опять какой-нибудь фокус, тут уж точно вылетишь с института. Иди.

Маша и Ира встретили меня радостно, но увидев мою мрачную физиономию, притихли на своих местах. Я собирал вещи.

— Что ты еще выкинул? — не выдержала Ира.

— Куда ты уходишь? — подхватила Маша.

— В пятую, на исправление.

— Тебя только могила исправит.

— Девчонки, так тошно, я вам потом все расскажу.