– Ева послала мне немного деньжат. Они говорят – двадцать пять тысяч. Но у меня только пятьсот. Вот бы они удивились, если б узнали.

– А где остальное?

– Нет больше ничего. И не было. Точка. Я знаю, что говорю.

– Я вам верю, – сказал Тони.

– Они убивают не часто. Но могут.

– Молокососы, – сказал Тони с внезапным презрением. – Крутые молокососы.

Джонни Ролле взял стакан и залпом вылил все, что там было. Осталось только несколько кубиков льда. Он подержал в руке револьвер и сунул его в кобуру под мышкой. Уставился в пол.

– К чему Вы мне все это говорите?

– Мне кажется, у вас только один шанс.

– А если нет?

– Я все же думаю, что есть. Джонни Ролле задумался.

– Другой выход?

– Служебный лифт ведет прямо в гараж. Там можно взять машину. Могу вам дать карточку, покажете ее сторожу.

– Странный ты парень, – сказал Джонни Ролле.

Тони вытащил бумажник из страусиной кожи, достал оттуда карточку, что-то нацарапал на ней. Джонни Ролле прочитал и неуверенно положил ее в карман.

– Пожалуй, возьму, – сказал он, отводя глаза.

– Она тут уже пять дней. Все уже в курсе. Один парень, которого я знаю, подходил ко мне и сказал, чтобы я вывел ее наружу. Рассказал мне, в чем дело. А я, вместо нее, выведу вас.

– Им это понравится, – сказал Джонни. – Тебе принесут цветы.

– Будет время, поплачем. Джонни Ролле замешкался.

– Увидеться бы с ней перед тем, как смотаюсь. Говоришь, она прямо за стенкой?

Тони развернулся на каблуках и пошел к двери. Через плечо бросил:

– Не теряй время, красавчик. А то передумаю.

– А вдруг это ты за мной следишь? Тони не обернулся.

– Ничего не поделаешь, риск всегда есть. Он вышел из комнаты и бесшумно закрыл дверь. Посмотрел на дверь номера 14-А и вошел в лифт. Опустился в прачечную. Убрал корзину, подпиравшую дверь в служебный лифт. Поднялся в холл.