Дежурный сосредоточенно проверял счета. Через главный холл Тони прошел в музыкальный салон. Радиоприемник снова был включен, но работал так тихо, что было едва слышно. Она сидела рядом. Звуки были такими слабыми и неразборчивыми, что напоминали шелест осенних листьев. Девушка медленно повернула голову и улыбнулась ему.

– Проверил все. двери? А мне не спится. Так что я опять тут. Ничего?

Он тоже улыбнулся. Сел в зеленое кресло и погладил кожаные ручки с золотым тиснением.

– Конечно, мисс Кресси.

– Ждать хуже всего на свете. Правда? Ну, что это за радио? Трещит, как сверчок.

Тони покрутил ручку, не обнаружил ничего необычного и снова настроился на ту же волну.

– В это время не спят разве что ночные гуляки. Она снова улыбнулась.

– Я вам не надоел, мисс Кресси?

– Мне нравится. Ты приятный парень, Тони.

Он посмотрел на дверь и почувствовал щекотку в позвоночнике. Подождал, пока это ощущение пройдет. Откинулся на спинку, выпрямился. Пальцы ощупывали лосиный зуб. Прислушался. Не к музыке. К чему-то вдалеке. Может быть, к шуму мотора уносившегося в ночь автомобиля.

– В душе все люди неплохие, – сказал он вслух. Девушка, прищурившись, посмотрела на него.

– Значит, я ошиблась с двумя или тремя.

– Да, – согласился он. – Наверное, бывает и так. Девушка зевнула, и ее глубокие глаза полу закрылись. Она свернулась калачиком на подушках.

– Посиди со мной чуть-чуть, Тони. Может быть, я засну.

– С удовольствием. Все равно делать нечего.

Она заснула быстро, как ребенок. Минут десять Тони боялся пошевельнуться. Смотрел, как она дышит во сне, с полуоткрытым ртом. Как будто находился перед алтарем. Потом, стараясь не разбудить ее, очень осторожно поднялся и на цыпочках пошел в сторону дежурного. Немного послушал, как скрипит невидимая авторучка за матовым стеклом. Потом направился к телефонным кабинкам. Снял трубку и попросил телефонистку соединить его с гаражом.