Лихоу попытался ее остановить, уговаривал остаться, но жена была непреклонной. Вечером, собрав свою постель, он попытался проникнуть в помещение жены-затворницы, однако дверь и окна здания оказались наглухо заперты. Жена сидела в своей комнате, как пленник в темнице, оставив при себе лишь девочку служанку для необходимой обслуги. Оказавшись перед запертой дверью, Лихоу поначалу растерялся, но потом смирившись со своим поражением, поплелся в свою опочивальню дабы провести остаток ночи в унылом одиночестве. На следующий день он позвал тестя с тещей и попросил их уговорить дочь отказаться от ее затеи. Старики, пав возле двери на колени, умоляли дочь одуматься однако она стояла на своем и не изменила своего решения. Ни уговоры, ни добрые советы цели не достигли. Тогда муж решил применить силу. Он приказал слугам не давать строптивой женщине ни еды, ни питья, надеясь на то, что рано или поздно голод заставит выйти ее из ее добровольного узилища. Увы, и это не помогло. Жена по своей воле взяла на себя тяжелое бремя достойных мужей Бо И и Шу Ци.

Как-то раз супруг, не выдержав, принялся изрыгать проклятья на голову супруги.

– Безмозглая и распутная баба! – вопил он у дверей кабинета. – Что за буддийские сутры ты там читаешь? Каким это самосовершенствованием занимаешься? Я знаю в чем все дело! Тебе противна моя наружность, а может тебе еще претят мои мужские достоинства? Видно я не удовлетворил твои распутные страсти? Вот почему ты так кобенишься, вот отчего показываешь свой норов! Но учти, по-твоему все равно ничего не получится. Такой номер у тебя не пройдет! Я просто-напросто продам тебя в заведение? Что до меня, то стоит мне только выйти за дверь, как тут же найду, кого захочу и затащу в свою постель! Ты, конечно, считаешь себя благородной девицей и писаной красавицей, а я для тебя всего лишь уродливый деревенщина. Видите ли, я ей не пара! Не стану хвастаться, скажу тебе прямо: если бы у меня было побольше денег, я смог бы взять в жены даже принцессу и писаную красавицу, как сама Сиши?