Бенни пожал плечами. Последний раз мы ели три дня назад. Червей. Толстых и склизких.
Уверенности у Нимдока поубавилось. Он знал, что шанс слишком уж зыбкий. Хотя хуже, чем здесь, там вряд ли будет. Холоднее, конечно, но какое это имеет значение. Жара, стужа, дождь, кипящая лава, саранча - все это лишь продукты машинной мастурбации, и нам остается либо принять их, либо умереть.
Нас рассудила Элен.
- Мне нужно что-нибудь съесть, Тэд,- сказала она.- Вдруг там окажется грушевый компот. Или персиковый. Пожалуйста, Тэд, давай попытаемся.
Я сразу согласился. Черт с ними. Какая в конце концов разница. А так хоть Элен выказала мне свою признательность. Два раза и вне очереди. Но даже это перестало иметь для меня значение. Машина хихикала над нами, пока мы с ней занимались этим, и смех несся отовсюду - сверху, сзади, спереди, вокруг… До оргазма все равно дело не дошло, зря только суетились.
В четверг мы отправились в дорогу. Машина всегда сообщала нам точную дату. Это было очень важно - знать, сколько прошло времени. Для машины, конечно,- не для нас. Четверг, значит. Спасибо.
Нимдок и Горристер несли Элен на сцепленных руках, а мы с Бенни шли один спереди, один - сзади, чтобы в случае опасности принять удар на себя и спасти хотя бы Элен. Глупости какие - спасатели… Какое это имеет значение?
До ледовых пещер было около ста миль, и на второй день, когда мы лежали под палящими лучами солнцеобразного пузыря, наши мечты материализовались. Машина ниспослала нам немного манны небесной. Она имела вкус кипяченой свинячьей мочи. Мы съели ее.
На третий день мы пересекли Долину Утиля, усеянную ржавыми остовами устаревших компьютерных блоков. AM была столь же безжалостна к себе, как и к нам. Отличительной чертой ее характера было стремление к совершенству. Касалось ли дело уничтожения непродуктивных элементов своего собственного разросшегося до размеров планеты организма или усовершенствования пыток, которым она повергала нас,- в обоих случаях она проявляла такую изощренность, о какой ее создатели, давно уже обратившиеся в прах, могли только мечтать.