— Не понял, Сефф.

— Я хочу сказать: не надо, чтобы наш юный друг видел ваше удивление. — Сефф улыбнулся, обнажив ряд не очень ровных, но ослепительно белых искусственных зубов, и добавил: — А то вы проживете очень недолго.

Джек Уиш неловко заерзал в кресле. Он не мог взять в толк, почему этот чертов Сефф время от времени считал своим долгом пугать его.

— Не надо беспокоиться, Сефф, — прорычал он. — Я вообще-то соображаю, что к чему.

Сефф не потрудился ответить. Он расставлял на столе ящики из шкафа, в каких обычно содержались карточки. В каждом из них было от четырехсот до пятисот запечатанных и пронумерованных конвертов.

Открылась дверь, и Боукер пропустил в комнату нового персонажа. Это был высокий, загорелый молодой человек атлетического сложения. В красных плавках и в сандалиях. У него были голубые глаза, безукоризненная кожа и полное отсутствие складок и морщин на лице. Волосы — курчавы и коротко подстрижены. Всем своим видом он излучал полнейшую невинность. Впрочем, сразу возникало впечатление, что за ней таится зловещая непреклонность.

Сефф отвесил легкий поклон, отчего в нем опять все затрещало.

— О Люцифер, — сказал он, — надеюсь, мы не отвлекли тебя от важных дел?

— Нет, — отозвался юноша голосом звучным и вполне приятным. — Я общался с Плутоном и Велиалом.

Люцифер слегка нахмурился, и Сефф быстро продолжил:

— Как справедливо отметил наш друг доктор Боукер — если использовать его земное имя, — ты предпочитаешь действовать в рамках естественного хода событий. Но для твоего верного слуги, быть может, ты соблаговолишь сделать исключение, как это бывало и прежде.

Люцифер меланхолично улыбнулся, вспоминая былое.

— Я не люблю напоминать о себе больше, чем мой небесный коллега. Когда-то прежде мы оба показывали нашу власть более очевидным образом, но он давно уже прекратил такие действия, как разделение вод и остановка светила на небосводе. Я решил последовать его примеру.