Я попытался отказаться от предложения, но мне напомнили о комсомольской дисциплине. Пришлось согла­ситься. Пошел в РИК (районный исполнительный комитет), получил документ о моем назначении. С инструктором райкома комсомола пешком отправились в с. Петровское за 25 километ­ров от райцентра. Собрали комсомольскую ячейку, и меня избрали ее секретарем.

Райком комсомола поставил передо мной задачу: оживить работу комсомольской организации, добиться значительного роста рядов комсомола. Хата-читальня должна стать культурно­политическим центром на селе. Задача ясна с точки зрения постановки вопроса, но в выполнении ее было много трудно­стей, а неясностей еш;е больше — каким путем это все'можно сделать. Прошел инструктаж, получил «циркуляры» на папи­росной бумаге и приступил к работе.

Петровское было сложным селом. Из 300—350 дворов боль­шинство были зажиточные, крепкие хозяйства. Несколько де­сятков хозяйств были «кулацкими», как мы тогда их определя­ли. Была и голота, как нас тогда называли заможные На селе было всего два коммуниста: член партии демобилизованный инвалид-красноармеец, он же и председатель сельского Совета, да кандидат в члены ВКП(б) местный «грамотей», заведующий сельпо. Мои помыслы вступить в партию были ограничены отсутствием партийной ячейки в селе. Всю же организационно­политическую работу — созыв сходок,- митингов, собраний, лекций и докладов — приходилось проводить через комсомоль­скую ячейку.

Хата-читальня была размещена в доме попа. Это было приличное помещение. Зал вмещал 100—120 человек. В четы­рех подсобных комнатах мы разместили комнату для политзаня­тий и комсомольской ячейки, комнату, где размещалась библио­тека, комнату для занятий драмкружка и агрокомнату. В хате- читальне был «культинвентарь»: пианино, гармошка, проекци­онный фонарь с набором диапозитивов. Библиотека состояла из нескольких сот книг.