– У меня же ни удостоверения, ни оружия нет.

– Не оформили еще? Документов ждать – хуже смерти. Бумаги пока по всем инстанциям проползут, можно успеть сто раз язву заработать.

– Без удостоверения-то нехорошо как-то… – посетовал Смеляков.

– Оно верно, – согласился Сидоров и чиркнул спичкой. – У тебя фотокарточка есть при себе?

– Есть. На удостоверение снимался… Вот остались четыре штуки…

– А ну дай.

Пётр Алексеевич громыхнул связкой ключей и отпер железный шкаф. Порывшись на полке, он достал оттуда коричневое удостоверение внештатного сотрудника уголовного розыска и небрежно бросил его на стол. Затем ловко подцепил фотографию в удостоверении и легко отодрал. Мазнув клеем фотокарточку Смелякова, он уверенно прилепил её на место прежней и хорошенько прижал ладонью.

– Сойдёт на первое время. Будешь пока с этой «корочкой».

Он проверил пистолет сунул его в кобуру, и Виктор почувствовал, как крохотная игла досады уколола в сердце: вот он приступает к работе, но как будто что-то ненастоящее было в этом – удостоверение «липовое», оружия нет, да и сама атмосфера вызывала мысль о несерьёзности происходящего.

– Может, чайком побалуемся пока? – предложил Сидоров. – Ты, кстати, чашку принеси какую-нибудь. Стаканы тут у нас есть, но чашка должна быть своя.

– Товарищ капитан, – в комнату заглянул сержант и, покашливая, доложил: – На улице Новаторов повесился кто-то.

– Вот и побаловались! – Сидоров развёл руками. – Самое тоскливое в нашей работе – быть дежурным сыщиком, Витя, потому что надо выезжать на все происшествия на территории нашего отделения милиции.

– И потом все эти происшествия вешаются на дежурного? – спросил Виктор. – Ему приходится вести все эти дела?

– Нет, за каждым опером закреплён определённый участок, на котором работают также три участковых. Но дежурный ездит по всем происшествиям, оформляет необходимые бумаги, сортирует их и уже потом раздаёт соответствующим операм. Так что имей это в виду: день дежурства – это день самого большого дерьма.