Мисс Силвер подняла глаза на гостя:

— Значит, ты говоришь, что мисс Вейн не знает об анонимных письмах?

— Именно так. Это очень робкое создание… Она придет в ужас и страшно расстроится.

— А у самой миссис Родни есть какие-нибудь подозрения?

— Ни малейших.

— А у тебя?

Фрэнк всем своим видом выразил недоумение.

— Я находился там всего-навсего четыре дня. Побывал на благотворительной распродаже и на воскресной службе в церкви, после которой меня представили нескольким друзьям и соседям, с которыми я не успел познакомиться во время распродажи. Потом нас пригласили на чай в местную усадьбу. У меня нет ни малейших оснований подозревать священника, причетника или одну из почтенных пожилых дам, активисток местного прихода. Вот уж действительно — откуда у меня могут быть какие-либо подозрения?

Хозяйка в задумчивости посмотрела на гостя:

— Анонимки не всегда пишут люди, которых можно в этом заподозрить.

Глаза молодого человека стали насмешливыми.

— Ну, подобный вывод можно сделать, только руководствуясь женской интуицией, а в этом я с вами состязаться не буду. Точные цифры за истекший год мне неизвестны, но в нашей стране примерно на два миллиона больше женщин, чем мужчин, И все они изо дня в день неустанно шлифуют этот свой кошмарный дар — представить даже страшно!

Мисс Силвер улыбнулась и решила для себя, что пока не располагает никакой ценной информацией. Она неторопливо перечислила:

— Благотворительный базар… воскресная служба… поместье… Да ты не терял времени даром в этой деревушке. Кстати, а что за семья владеет поместьем? Молодой человек был польщен похвалой и самодовольно откинулся на спинку кресла.

— Вы правы, узнал я немало. Поместье старое, и эта семья живет там давно. Вообще-то, это родовое гнездо фамилии Деверелов, но за последнее столетие мужская ветвь вымерла, на наследнице женился некто Рептон, который отказался сменить фамилию, так что теперь там живут Peптоны.