–  Глаза! – дал я команду, которую солдаты хорошо знали.

И, зажмурившись сам, бросил за угол световую гранату. Даже через положенные пять секунд смотреть глазам за угол было больно. Что же испытывали те, кто там прятался и не догадался зажмуриться? Вслед за световой я послал за угол и простую «РГД-5», мысленно моля бога о том, чтобы на первом этаже не было женщин и детей. Гулко грохнул взрыв, со стен и с потолка посыпалась штукатурка, а я, заглянув за угол, где еще догорала световая граната, освещая большую комнату, сказал уже вслух:

–  Слава тебе, Господи!

В комнате было только три трупа мужчин. Это были последние защитники дома.

Операция завершилась. Я нашел глазами выключатель, щелкнул им и приказал:

–  Выходим. Ментов зовите…

–  Семь трупов, товарищ подполковник, как заказывали, – доложил я Нажмутдинову. – Наша задача выполнена. Приступайте к своей.

–  Благодарю за службу, старлей. Я этой услуги не забуду…

–  Мы старались…

–  Потерь нет?

–  Трое легко ранены. По касательной. Одному пуля после рикошета в лицо попала. Нос, кажется, сломан.

–  Это все терпимо. У меня потери серьезнее…

Я снова пожал ему руку. От всей души. На сей раз подполковник все же поморщился, и я почувствовал, что он постарался побыстрее вытащить свою кисть из моей.

Моя машина покидала двор последней. Уже за воротами, перед поворотом на улицу, я оглянулся. Из дверей двое ментов и два омоновца на широких ремнях – кажется, на буксировочных автомобильных – вытаскивали тяжелый сейф. Видимо, намеревались доставить его в ограбленный магазин. Менты надрывались, но у меня не возникло желания послать солдат в помощь…

Взвод я отправил отсыпаться, пообещав, что после боевого крещения разрешу солдатам два лишних часа сна, а сам на дежурной машине батальона повез раненых и уже перевязанных солдат в гарнизонный госпиталь. Не сам, естественно, повез, а с водителем. В госпитале медсестры сняли наши наспех сделанные перевязки, обработали раны и, не настаивая, предложили солдатам перебраться в палаты. Согласился только один, которому рикошетом пули сломало нос. Двое других предпочли «отдых при части». Это мне понравилось. Сам я с такими ранениями, а их у меня было четыре, в госпитале не лежал ни разу.