В ответ Маркел, собрав все остатки доброты и благодушия, напыщенно произнес:

- Вам не хватает элементарной воспитанности. Я даже

отвечать не хочу на эти глупости! Ответить тем же – значит, опуститься до вашего же уровня! Если бы вы только знали, что

я хочу вам продать! Вы вызываете у меня только сочувствие

вашему несчастному положению!

- Надо же, а он и впрямь Воинствующий, - не унимался

Фери в своём веселье.

Торговец еще более напыжился от чувства благородства

своей миссии.

- Вы мне напоминаете … - начал было он.

- А ты мне напоминаешь кастрированного монаха, торгующего

презервативами в порванной упаковке, - резко сказал Фери, как топором отрубив его фразу посередине, и снова беспечно расхохотался.

Торговец захлопал глазами, доброта и благодушие позорно

бежали со своих позиций, и лицо его полностью было захвачено

обескураженностью. При этом в груди у него как-то странно заныло.

Спорить и продавать больше не хотелось, и Маркел сам для себя

неожиданно выкрикнул:

- Бармен, три двойных джина, только без этого дурацкого

лимонада с иностранным названием!

Дрянь с восхищением и трепетом посмотрела на Фери. Раскрутить

этого воинствующего дурака на выпивку – дело не сложное, но чтобы он

заказал то, чего так хотелось, а именно джина без тоника, вот это было

супер! И она с восторгом пролепетала:

- Фери, ты просто чудо!

- Да ладно тебе, я же понял, что тебе больше не хочется супа

из мартини.

- Но как ты угадал, что именно джин?!

В ответ Фери улыбнулся, глядя ей в глаза, и спрашивать уже

больше ничего не хотелось. И новая волна боли всколыхнула её грудь, сделав очередной коктейль из синего и зелёного.

6.

«Теперь он играет мною, как игрушкой! – негодовала Дрянь

на следующий день, проснувшись в своей мягкой и уютной