для него…
Дряни нравилось смотреть, как Фери заражает других
посетителей кафе. Странное дело, но ревности у неё при
этом не возникало. Наоборот, когда очередной собеседник
начинал ощущать боль в своей груди, душа её начинала
невольно трепетать от восторга и упоения, от ощущения
причастности к тому, что вытворял Фери. Она не могла
объяснить, чем причастна к происходящему, но то, что
причастна, ощущала всем своим существом.
Разные посетители объявлялись в кафе. По-разному
вели они себя, но все уходили с этой болью.
5.
Однажды Дрянь сидела за стойкой и тянула через
соломинку какую-то смесь из бокала. Бокал был уже
пятым или шестым по счёту, так что реальность
воспринималась ею сквозь покосившееся пространство.
Фери не было, более того, она даже не ощущала
его присутствия. Душу топтало стадо мамонтов, и целый
прайд саблезубых тигров скрёб в ней когтями! В груди
как всегда ныло от боли, умирающая надежда делала боль
невыносимой.
- Бармен, стакан молока! – раздался бодрый
мужской голос.
Дрянь оторвала голову от соломинки и,
прищурившись, посмотрела на просителя стакана молока
в четыре часа пополуночи. Это был молодой мужчина
лет тридцати, по лицу которого было разлито благодушие
и доброта.
Она терпеть таких не могла, хотя приходилось
любить и таких. Даже такие бывали способны, стряхнув
благодушие, проявить себя настоящими мужиками и хоть
на мгновение перестать бояться своей слабости. Но в
данный момент благодушие и доброта занимали боевые
позиции на всей местности его физиономии. Мужик явно
готовился излить на кого-нибудь всё тепло своей души.
Дрянь скривилась в презрительной усмешке, а в
голове у неё медленно сложилась мысль: «Тэк-с, седьмой
бокал опять будет за мой счёт. Дай бог, чтобы просто