Коле было не до стихов.

— А рифмы? — спросила Галя с подоконника.

— Можем и рифмы! Скажи мне какое-нибудь слово, — предложил Женя Наде.

— «День», — сказала Надя.

— «Тень», — тотчас же ответил Женя.

— «Плетень»! — сказала Галя.

***

— А теперь пусть Коля, пусть Коля придумает! — донесся на кухню Надин голос.

Колины родители прислушались. Ответа не было.

— Ну что он все время молчит? — огорчилась Зинаида Петровна.

— «Дребедень», дурень, «дребедень», — сказал Гаврила Степанович.

— А можно «сирень», — предложила Зинаида Петровна.

— «Набекрень!» — раздался мрачный Колин голос.

За стеной зашумели.

***

В Полиной комнате Женя продолжал убеждать Надю:

— А хочешь на спор, мы завтра с Колькой пятерки по литературе схватим. У нас до сих пор руки не доходили, но раз на то пошло — наш мозговой трест докажет. Да, Коль?

Со стопкой тарелок Коля молча пошел на кухню.

***

— Ну? — призвал сына к ответу Гаврила Степанович.

— Все в порядке… — сказал Коля.

За стеной раздался грохот.

— Коля! Мы здесь банку с вареньем кокнули! — завопил Женя.

— Зина, пойдем посмотрим, что там творится.

— Нет! — Коля загородил собою дверь. — Если ты пойдешь… Если ты сейчас туда войдешь…

— Что за глупость! — возмутился Гаврила Степанович. — Почему я не могу посмотреть на твоих гостей? Пошли, Зина! Он должен был сам родителей пригласить!

— Ты не понимаешь, папа… Ты не можешь понять… Но если ты сейчас туда войдешь… я из дому убегу!

— Что?!

— Оставь его, Гаврик! — сказала Зинаида Петровна. — Они в этом возрасте все сумасшедшие.