***

«Хореографическое училище при Государственном Академическом Большом театре Союза ССР», — сообщала вывеска возле арки ворот.

Сквозь чугунную решетку забора Коля Голиков и Женя Липатов наблюдали за тем, что происходило во дворе училища.

Несколько учеников и учениц прогуливались по двору. У всех девочек были пучки на затылках.

— Смотри, форма как у нас, — сказал Женя.

Какой-то мальчишка стукнул другого.

— И дерутся, как у нас…

К ребятам донесся разговор двух подружек:

— По алгебре я все сделала, а классику повторить не смогла — нога болела.

— Так там же ничего особенного! Сперва это, — девочка бегло показала одну из фигур, — потом… и раз, два, три, и раз, два, три… и большой батман!

— И все? Это же я запросто… И раз, два, три, и раз, два, три…

— У нас отговорочка — голова болела, а у них — нога. Хорошо устроились! — продолжал Женя свои комментарии.

А Коля не мог проронить ни слова, так он был поглощен тем, что видел.

Прозвенел звонок, и двор опустел.

С улицы в арку ворот вошел мальчик лет десяти в школьной форме, с пионерским галстуком на шее. Он ел мороженое.

Женя остановил его:

— Эй!.. Ты из училища?

Мальчик кивнул, облизывая мороженое.

— В каком классе?

— В третьем.

— А чего не торопишься? Звонок был.

— У нас «пустой» урок… — сказал мальчик.

— Все, как у людей, — сказал Женя Коле. — Слушай, — обратился он к третьекласснику, — а ты уже можешь что-нибудь изобразить?

Мальчик усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— За три года ни один танец не выдолбил? Чему же вас учат?

— Основные элементы классики. Постановка рук, ног, корпуса. У меня вот выворотность все хвалят, — с достоинством ответил третьеклассник.