Она отвернулась, избегая его поцелуев. Ее тело осталось застывшим и безразличным, отвергающим его семя.

И теперь это кольцо лежало на прикроватном столике.

Холодный гнев наполнил его. Она должна была уже проснуться - звук раскрываемых драпировок балдахина резким выстрелом пронзил утреннюю тишину.

Эта женщина - его юная невеста, а ныне телом, но не душой, его жена - по-прежнему оставалась для него загадкой. Как будто прошлой ночи никогда не существовало, как будто он никогда не был в ней. Он и сам не поверил бы в это, если бы ему не пришлось смывать с члена кровь - доказательство нежеланного жертвоприношения его девственной невесты.

На какое-то мгновенье Чарльза посетила шальная мысль сорвать покрывала и посмотреть, натянула ли она до пят свою ночную сорочку, но, вне всякого сомнения, его жена поступила именно так. Он почувствовал усталость от того, что растратил лишнюю энергию на безнадежное дело. А Морриган, как он осознал, была именно безнадежна.

Впервые он увидел ее в лесу, тринадцать месяцев назад. Она двигалась в каком-то волшебном танце вокруг истертых камней, невероятно грациозная, соблазнительная, словно Ева. Темные волосы каскадом рассыпались по ее спине. Весенние цветы, подбрасываемые в воздух, завораживающим дождем падали ей на голову.

Наблюдая за ней, он подумал, что наконец-то нашел то редчайшее сокровище - страстную женщину.

Пальцы Чарльза напряглись, сжимая рукоять хлыста.

Его родители прожили всю свою совместную жизнь в спокойной гармонии, как и многие представители высшего общества, обменяв богатство и титул на комфорт и удобство. Он поклялся избежать этой участи. Сейчас, после всего произошедшего, он остался у разбитого корыта, без малейшего намека на комфорт и удобство.