- Простите, что заставил ждать, - Джон Кандотти повторял свое извинение каждому, кого встречал на пути к комнате Сандоса, и наконец самому Сандосу, когда брат Эдвард Бер впустил его внутрь, оставив наедине с больным. - Толпа снаружи все еще огромна. Они когда-нибудь уйдут?.. Я - Джон Кандотти. Отец Генерал просил меня помочь при слушании дела. Рад встретиться с вами.

Машинально он протянул руку. И с неловкостью убрал ее, когда вспомнил.

Сандос не поднялся из кресла, поставленного возле окна, и поначалу не хотел или не мог смотреть в сторону Кандотти. Джон видел архивные снимки Сандоса, но тот оказался гораздо меньше ростом, чем он представлял, и значительно более худым; старше, но не настолько, как ожидалось. Как там считали? Семнадцать лет занял путь туда, почти четыре года на Ракхате, семнадцать лет Сандос добирался обратно, но все это с поправкой на релятивистский эффект из-за полета при околосветовой скорости. Родившемуся на год раньше отца Генерала, которому сейчас под восемьдесят, Сандосу было, по оценкам физиков, примерно сорок пять. Судя по его виду, некоторые из этих лет оказались трудными.

Молчание затянулось. Стараясь не глазеть на руки Сандоса, Джон прикидывал, не лучше ли ему просто уйти. Еще слишком рано, думал он. Фолькер, наверное, свихнулся.

Затем наконец он услышал вопрос Сандоса:

- English?

- Американец, святой отец. Брат Эдвард англичанин, но я - американец.

- Нет, - сказал Сандос после паузы. - La lengua* [Язык (исп.). - Здесь и далее примеч. ред.]. English. Джон с удивлением сообразил, что понял неверно.

- Да, я немного говорю по-испански, - если вам так удобнее.

- Это был итальянский, сгео* [Парнишка, девчонка (исп.)] Antes* [Прежде, недавно (исп.)]… раньше, я имею в виду. В больнице. Сипадж си йо…