— А с чего Немайн тогда землю взяла?

— Так это не она. Это отец за неё взял. И, полагаю, с королевским титулом просто не соотнёс. Не разглядел за рекой, выпасами, лесом. Он ведь пока больше хозяин, чем властитель. Но — пока. Вот… А слова обратно не возьмёшь. Так что будет сиде задачка, как сил наберётся… А ригдамной пусть пока побудет. Этого обычай вроде не запрещает.

— Вы про Майни? — из внутренней двери высунулась сестра сиды, Гвен, как всегда, хозяйничающая на кухне, — Глупости всё. Не беспокойтесь. Она хорошая. И справится. Зато тебе, Кейр стоит подумать про запас солода. С тех пор, как мы варим «коксовое» пиво, горожане домашнего и не пьют почти. Наше вкуснее. Но теперь нам точно не хватит нынешнего припаса на всю зиму, а отцу не до того… Кстати, почтенный, не зерновое ли у вас хозяйство?

От римского обращения Ивор вздрогнул. Потом приосанился.

— Основной доход мне приносят стада, — сообщил он, разбавляя местным говором бедную латынь, — но и ячмень я выращиваю, и некоторый запас у меня, так получилось, имеется.

Запас назначался на чёрный день — мало ли, пожар в амбарах или лихолетье? Но тут вопрос стоял о добрых отношениях с семьёй сиды Немайн. То, что сида не захочет быть королевой, стало совершенно ясно. Сами могли додуматься. С другой стороны, Немайн ведь не просто сида. И кровь тут не при чём — в Камбрии слово стоит выше крови, если уж признана «девушка-сирота» Немайн дочерью Дэффида Вилис-Кэдмана, так она и к роду его относится, и все старые права, обязанности и распри можно смело забыть. Но возраст и опыт не скроешь! Сравнить человека в двадцать лет и его же в тридцать — ежели не глуп, так разница будет заметна. И даже в дурака жизнь вобьёт урок-другой. А тут не десяток лет, тут поболе тысячи. Так что мудрее Немайн, поди, в Камбрии и не сыскать никого.