затем взял меч, подержал, любуясь им, и вложил лезвие
в ножны.
Джеффри протянул руку, и Эндрю пожал ее; так
друзья выразили уважение и привязанность друг к
другу, преданность стране и королю.
Погруженный в свои мысли, Эндрю скакал по темным
и гулким улицам ночного города. Он не испытывал
страха, но ощущение громадной ответственности,
возложенной на него, тяготило. Привязав лошадь у
дверей
дома,
он
отправился
наверх,
чтобы
приготовиться в дорогу.
Он не стал будить слуг, кроме старого верного
Чарлза, состоявшего при нем со времен отрочества.
—
Сэр, что значит вся эта спешка? Что-нибудь
приготовить? Может быть, я должен вас сопровождать?
11
—
Нет, Чарлз. Ты остаешься. Эту поездку мне
придется предпринять в одиночестве. Приготовь лишь
немного провизии. Я предполагаю, по возможности,
скакать без остановок. Чем меньше людей меня увидят,
тем лучше.
—
Вы отправляетесь один?!
Чарлз был озадачен и обеспокоен. Он так долго
служил сэру Эндрю, что у него в голове не
укладывалось, как это хозяин может отправиться куда-
то без него.
—
Увы, да.
Эндрю сдержал улыбку, не желая обидеть преданного
слугу.
—
Когда ждать вас обратно?
—
Это зависит от... от стольких обстоятельств, что
лучше об этом не говорить. Позаботься обо всем здесь,
Чарлз. Хозяйство и все мои дела оставляю в твоих
надежных руках. — Наклонившись к слуге, он
прошептал ему на ухо: — Я еду по поручению короля.
Что бы ни произошло, Эндрю мог быть твердо уверен
в одном: о его делах от Чарлза никто и ничего не узнает,