Но мечты остались мечтами. Не случилось ни детей, ни знакомства с женщиной, называемой «Величайшей актрисой, когда-либо рожденной на свете».

Вместо этого, гуляя по лесу, они с Роджером повстречали там Джефферсона Эймза. Его дом был расположен за особняком Фэйрмонт. За несколько месяцев до их переезда сюда, Джефф потерял жену и остался с крошечной дочерью на руках. Когда они встретили Джеффа, он казался подобием человека. Горе поглотило его полностью. Взгляд его оставался пустым и бессмысленным, даже когда он бывал с дочкой.

Самым естественным делом было взять на попечение Элизабет в будние дни. Дана помогала Джеффу нанимать нянек, но, ни одна из них не прижилась и Элизабет опять возвращалась к ней. Время шло, и за неимением собственных детей, вся жизнь Даны сконцентрировалась на Элизабет.

Видя чувства жены, Роджер предостерегал ее от чрезмерной привязанности.

-Женщины будут виться вокруг Джеффа и кто-нибудь окрутит его. – Глаза Роджера весело сверкнули. – Как ты меня.

Традиционно Дана возразила, что вовсе не делала попытки «окрутить» его.

Ухмыляясь, Роджер закатил глаза.

-Красный шелк, черные кружева, короткие юбки и неприкосновенность! Да по сравнению с тобой палачи Испанской инквизиции казались безобидными овечками.

Временами его поддразнивания доставляли ей удовольствие, временами – больно задевали.

Он был прав насчет малышки Элизабет, но кое в чем он ошибся. Ее соперницей стала не жена, а застенчивая молодая женщина с большими карими глазами и густыми каштановыми волосами. Ее взгляд на Джеффа смутил бы любого наблюдателя. Ее звали Кассандра и она любила Элизабет всем сердцем.

Впервые Дана увидела ее на маленьком участке пляжа у основания владения Фэйрмонт. Пляж был частной собственностью и право находиться там имели только они с Роджером и Джефф.