И прежде чем Люк успел сказать хоть слово, она снова заговорила:

— Больше я ничего не слышала о Сасель. В прошлом году, собрав все свое мужество, я наконец решилась и спросила у мадам Трошю, кем мне приходится Сасель? «Почем я знаю, — ответила она. — Наверное, прислуга, которой поручили отвезти тебя сюда. Адреса ее у меня, конечно, нет. Знаю только, что она приехала из Аннеси». Больше я ничего не спросила у мадам Трошю, потому что я ее очень боюсь.

— А какое отношение имеет ко всему этому твоя кузина Берта?

— Да она мне вовсе не кузина. Она кузина мадам Трошю и забирает меня к себе, чтобы я не проводила все лето в пансионе. Я помогаю ей мыть посуду, вытираю тарелки, ну и так далее…

Элиза умолкла и отвернулась, словно ей стало стыдно, что она так долго говорила.

— Вот теперь и вправду все… — сказала она и тихонько всхлипнула.

— Долго говорила. Это уже не пять минут…

— Ой, извини меня, пожалуйста… Я…

— Да ладно… Но мне пора! Уже одиннадцать часов, а мне дотемна надо проделать еще немалый путь. Ну, я побежал. До свидания.

— Раз ты мне говоришь «до свидания», значит, мы снова увидимся? — спросила Элиза, еще раз всхлипнув.

Но этих слов Люк не слышал, потому что уже бежал по саду, надевая на ходу рюкзак… Зеленая косилка лежала возле грядки салата, а кузина Берта о чем-то очень оживленно беседовала со стариком Трикке. Люк торопливо с ними попрощался и побежал к коричневой калитке. Он уже толкнул ее и хотел было выйти из сада, как услышал за собой легкий шум шагов: ну конечно, Элиза! Она сунула ему в рюкзак сложенную бумажку.

— Это мой адрес, — прошептала она. — Пожалуйста, не забудь: наклоненная колокольня, фарфоровая собака, обезьянка с потешной мордочкой. Сасель… Не забудь, прошу тебя, не забудь!

И она убежала, сдерживая слезы.