Люк шагал по дороге, ругая себя на чем свет стоит. Потерять столько времени, слушая эту девчонку, которой впору еще под стол пешком ходить, о существовании которой он несколько часов тому назад даже не подозревал! Далекий остров, исчезнувшие родители, жалкие воспоминания, которыми она так дорожит… Роман, да и только. «Если бы я не сопротивлялся, то эта сорока задержала бы меня своей трескотней до вечера. Слава богу, вырвался!» Тем не менее он был куда больше взволнован, чем признавался себе. И даже несколько раз обернулся, чтобы поглядеть на коричневую калитку. Тем временем небо затянуло. На горизонте появились черные тучи. Воздух стал тяжелым, удушливым. Но Люк шагал, не останавливаясь, как робот, и пот струился у него по лицу. Когда же он добрался наконец до висячего моста через Луару, к которой так стремился, то едва взглянул на реку. У него перед глазами все еще стояла маленькая фигурка в розовом платье, и он с раздражением заметил, что напевает про себя: «Брики-таки пустился в пляс…»

Бедная Элиза из города Аннеси со своей рваной куклой… «Какой я все-таки дурак, — подумал Люк. — Хватит. Нечего мне об этом думать. Моя ближайшая задача — добраться до Невера. А в такую жару это удовольствие ниже среднего. Так или иначе, вот я уже в Сюли. Да, кстати, не забыть бы купить новую батарейку для фонарика».

На церковной площади оказалось полно народу. День был базарный, и женщины, окруженные целым выводком детей, толпились у лотков. Люк протиснулся сквозь толпу к лавочке электротоваров и купил батарейку. Какой-то долговязый небритый парень спорил с хозяйкой о цене банки краски, которая недавно повысилась. Во всем он обвинял правительство.

— Это просто позор, издевательство какое-то над людьми! Отбирают последнее. Да еще гроза надвигается, дождь польет, а я как раз собрался косить овес.

— Цена есть цена, — невозмутимо отвечала хозяйка. — Так что, возьмешь ты эту краску или нет?