Поскольку отметки по истории еще не были выставлены, Кийлике, Топп и Каур сразу сообразили, что из топора можно извлечь пользу.

Топп сказал:

— На самом деле я сразу понял, что это настоящий каменный топор каменного века. Я хотел сказать ребятам, что им можно упражняться в метании топора, но оговорился.

Кийлике сказал:

— И я тоже сразу распознал орудие каменного века. Только я с первого взгляда не понял, это каменный топор для тесания или каменный топор для рубки деревьев.

А Каур:

— Меня все-таки немного сбило с толку, что у него нет топорища.

И все они лезли под руку к учителю товарищу Пюгалу оттеснив меня совсем в сторону.

Мне это не понравилось, и я сказал:

— Интересно получается! Если вы все такие большие знатоки каменного века, почему же вы сами не откопали какой-нибудь каменный топор? Этот, во всяком случае, нашел я.

И на сей раз правда восторжествовала, потому что учитель подтвердил:

— Правда, Сихвка. Ты, ты. Так я и сообщу в исторический музей.

Теперь я и подошел к тому, с чего, собственно говоря, и следовало начать: за удивительную находку меня премировали бесплатной учебной поездкой в Таллин и еще тремя рублями на расходы. И Кийлике тоже, потому что он помогал мне выкапывать то дерево, под которым мы обнаружили каменный топор.

Когда мы ехали в поезде, учитель, товарищ Пюгал, пообещал, во-первых, сводить нас в исторический музей, где представлена богатая экспозиция недалекого прошлого. А потом в орудийную башню Кик и Кек, где представлена богатая экспозиция далекого прошлого. И если останется время, то еще в чешский луна-парк, где, правда, нет ни экспозиций, ни прошлого, но зато есть карусель и кривые зеркала. Но когда поезд прибыл в Таллин, учитель вспомнил, что у него имеется несколько неотложных дел, и сказал:

— Самостоятельно ходить по музеям гораздо интереснее, чем под руководством учителя. — И велел нам быть в восемь часов вечера на вокзале.

Когда учитель уехал на такси, я сказал Кийлике: