Гонзик смутился. Ведь у него ничего нет для бабушки! Он стал быстро вспоминать, что у него в чемоданчике. Свою рубашку он бабушке дать не может — ему нечего будет носить в Кониковицах, полотняные туфли будут бабушке малы, а носовые платки Гонзик берёг, как зеницу ока. Он их уже немало растерял, и мама его часто за это бранила. Но Гонзик всё-таки придумал, что подарить бабушке.

— Бабушка, пусти меня, — потребовал он.

Бабушка поставила внука на землю и с интересом посмотрела на него. Гонзик пошарил в кармане и вытащил оттуда шарик. Шарик так и блестел на солнце, сверкая всеми своими красками.

— Вот, возьми!

— Какой красивый! — удивилась бабушка и взяла шарик.

— Ты можешь им играть, — посоветовал Гонзик.

— Ох ты мой милый! — рассмеялась бабушка. — Лучше я его спрячу.

Бабушка положила стеклянный шарик в карман юбки. Мальчику было немножко жалко шарика, но через минуту он забыл о нём.

Гонзик погладил большого кота, который тёрся о его колени. Он был красавцем, этот кот: весь чёрный, только глаза жёлтые. И горели они, как лампочки. Кот потихоньку мурлыкал, вытянув хвост, как ореховый прут.

Пунте не понравилось, что Гонзик гладит кота. Не любил он этого чёрного зверя. Пёс разозлился, шерсть на спине поднялась у него дыбом, и он залаял на кота: «Гав! Гав!» Кот испугался, зашипел и молнией промчался по двору. Пунтя бросился было за котом, да разве за ним угонишься! Кот вскарабкался на поленницу. А Пунте оставалось только лаять на него снизу. Его злило, что он не может добраться до кота.

— Пунтя, оставь кота! Иди сюда! — позвал Гонзик пса.

Пунтя перестал лаять, завилял хвостом и бросился к Гонзику. Он со всего размаха наскочил на бабушку и внука и едва не опрокинул их.

— Пошёл вон! Противная собака! — воскликнула бабушка и повела Гонзика в дом.