– Нас сейчас заметят, – в голосе Жака прозвучало отчаяние. – Мессир... Ну вот, смотрите, – оруженосец ткнул пальцем в сторону врагов, уставившихся на холм. – Теперь мы пропали.

– Спешься, – не обращая внимания на причитания слуги, скомандовал рыцарь.

Сняв со спины треугольный щит, он прикрыл им левую руку.

– Шлем, – потребовал крестоносец, считая фигуры сарацин. – Их всего семь... нет,

восемь человек. Против сражаются трое наших... О раны Иисуса, бедняга! – пожалел де Ланс свалившегося с лошади воина – христианина, судя по платью. – Ну ничего, сейчас мы им покажем!

Надев шлем и вооружившись копьем, шевалье замер в седле, прикидывая, как провести атаку. Трое мусульман, заметившие новых противников, подбадривая себя улюлюканьем и размахивая кривыми клинками, потрусили вверх по дороге. Двое других, спешившись, приближались к стоявшему у пальмового ствола человеку в серой рясе паломника. В руках богомолец сжимал посох. Еще трое рубили яростно отбивавшегося мечом рыцаря в белом плаще с красным крестом.

Не дожидаясь приказания, Жак опустился на одно колено. Поднес к плечу приклад заряженного арбалета. За спиной у него, держа под уздцы лошадей, тяжело дышал перепуганный Абу. Уловив подходящий момент, оруженосец выстрелил. Прогудев в воздухе, болт пробил шею опередившего товарищей сарацина. Раскинув руки, разбойник свалился с лошади.

– Молодец! – рявкнул рыцарь.

Затем, прокричав боевой девиз, он пригнулся и, опустив копье, помчался вперед. Вороной фризской породы(3) Галльярд был гораздо крупнее местных лошадок его противников. Бертран послал коня на переднего сарацина. Тот в последний момент решил уклониться от схватки и натянул поводья, пытаясь избежать столкновения. Наконечник франкского копья вместо головы в бурнусе пронзил воздух, но Галльярд, защищенный кожаным нагрудником со стальными пластинами, ударил вражескую лошадку, словно боевая галера рыбачью лодку. Конь со всадником в белой тунике отлетели в сторону. Каурый сарацина отчаянно сучил тонкими ногами, пытаясь устоять, но следивший за схваткой оруженосец выстрелил. Болт вошел в грудь жеребца по самое оперение, и враг оказался под бьющимся в агонии животным. Мгновением позже, изловчившись, воин ткнул копьем поверженного разбойника в бок...