— Ты думаешь, это по вине Картеров? — грустно спросил Нил. Он не мог видеть, когда какая-нибудь собака испытывала боль, физическую или душевную.

— Скоро мы об этом узнаем — они возвращаются в субботу утром, — мрачно сказал Боб. — Ты покормишь Кнопку вместо меня?

— Конечно! — радостно сказал Нил. Кнопкой звали дружелюбного щеночка, черно-белую дворняжку, живую, с блестящими глазами. В первый раз ей было трудно освоиться в «Питомнике на Королевской улице», но теперь, оказавшись здесь, она чувствовала себя совершенно как дома. Когда Нил вошел к ней в вольер, она бросилась ему навстречу и залаяла в знак приветствия.

— Хорошая девочка! — Нил погладил ее, потом поставил миску на пол. Кнопка немедленно подошла к миске и принялась за еду, продолжая бешено вилять хвостом из стороны в сторону.

— Как там Дотти? — спросил Боб, когда Нил вышел из Кнопкиного вольера.

— Она в отличной форме! — сказал Нил с улыбкой.

— Это хорошо, — Боб с утомленным видом зевнул и потер глаза. — Просто с ног валюсь от усталости... Я был бы тебе очень признателен, если бы завтра до уроков вы с Эмили помогли мне и выгуляли собак.

— Я встану немного пораньше, — пообедал Нил, стараясь изобразить энтузиазм.

Было важно, чтобы распорядок дня собак не нарушался, даже когда в питомнике не хватало рабочих рук. Нил решил делать все, чтобы собаки не страдали. В любом случае, до того, как мама и Кейт снова примутся за дела, оставалось всего несколько дней.

— М-м-м... — застонала Кэрол, осторожно двигая больной рукой из стороны в сторону. — Рука все еще болит.

Боб доел бутерброд и поднялся из-за обеденного стола.

— Дорогая, сегодня тебе лучше поберечь руку. Я сам все сделаю.

Кэрол выглядела расстроенной.

— Ну, я ведь могу заняться всякими бумагами... — начала она.

— Кэрол, будь благоразумной. Ты не сможешь держать ручку как следует, — покачал головой Боб.