Конечно, не стоило забывать, что даже если он, Аксель, и человек, то ему всего лишь одиннадцать с небольшим симпатичным хвостиком, что он никого не собирается водить за нос, и что если даже ему напишет какая-нибудь тридцатипятилетняя Катарина де Боот Кваак, то как прикажете потом всё это расхлёбывать — идти под венец? Вот же Кри и Дженни не переживают из-за отсутствия писем…

Но однажды в квартире раздался телефонный звонок. К счастью, трубку снял Аксель, сказав, как всегда «Квартира Реннеров».

— Это ты? — с придыханием спросил незнакомый женский голос, и что-то в нём было такое, что у Акселя в голове почему-то сразу возникло фото Хайке Химмельпфенниг — самая наглая физия из всей шворковой коллекции.

— Й…я, — растерявшись, ответил Аксель. (В разговорах ему частенько не хватало той быстроты реакций, которой отличалась Кри).

— Я знала, что ты здесь, — сказал голос. — Да и где ж тебе ещё быть-то, верно?

— К-кто вы? — заикаясь спросил мальчик.

— Как кто? Твоя Хайкхен!

— Откуда у вас этот номер телефона? — сказал Аксель, яростно дыша в трубку.

— У твоей девочки тоже пара извилин в голове найдётся — понял, пупсик? Разве я не говорила, что я кобра любви, и приползу без спроса? Мой прежний друг — неплохой хакер, он покопался в твоей почте и такого мне, бедной, понарассказывал, что я тебе сейчасссс…

Аксель выронил шипящую, как змея, трубку на стол, словно его и впрямь кто-то ужалил, и поскольку телефон уже опять звонил, не умолкая, пришлось заблокировать номер абонента. В тот же день Шворку было велено прекратить свои собачьи забавы, или пользоваться для них волшебным компьютером. (Повезло ещё, что родителей дома не было!)