После школы мы, правда, думали пойти играть в футбол, но Мирек заявил, что в футбол мы играть не будем. Даже если весь класс на утиль наплюет, мы четверо не имеем права разочаровывать нашу классную.

«Правильно», — важно заявил Алеш.

Ченда сухо заметил, что не можем же мы высосать макулатуру из пальца: хотел бы он знать, где Алеш с Миреком намерены раздобыть этот утиль.

Я предпочел промолчать: стоит нам всем включиться в разговор, как дело тут же доходит до спора. А мама потом не верит, что шишка появилась у меня оттого, что я ударился о стену, и дома из-за этого бывают неприятности.

«Прежде всего осмотрим все вокруг, — предложил Мирек. — Каждый сам по себе пойдет глянуть, нельзя ли где чего раздобыть, а через четверть часа встретимся на спортплощадке».

«Отлично!» — Алеш заорал так, что мы все испугались.

Ченда постучал себя по лбу и сказал Алешу, что нечего так орать, мы не дурее Мирека. И мы разошлись.

Ченда направился к магазину, Алеш в парк, Мирек на площадь, а я на вокзал. На Бубенском вокзале людей было немного, у нас ведь ходят, в основном, товарные поезда, и никто не обращал на меня внимания. Никакой бумаги я, правда, не нашел, на платформе валялось несколько стаканчиков из-под лимонада да пакетики от конфет, зато возле склада мне попались на глаза ржавые болты. Я вернулся к спортплощадке первым, а остальные трое пришли вместе.

«Ну что?» — спросил я Мирека.

Мирек сконфуженно признался, что никакой макулатуры он нигде не обнаружил, разве что в мусорных ящиках.

«Оттуда выгребай сам», — ухмыльнулся Ченда, и Мирек сразу же его спросил, не знает ли он, Ченда, что-нибудь получше.

Ченда промолчал.

«Мне не повезло, — вздохнул Алеш. — Я отыскал груду бумаги, но какой-то парень мне помешал».

«Как это?» — заинтересовался Мирек.

«В парке на скамейке сидел парень и читал толстенную газету, — объяснил Алеш. — Ребята, не вру, эта газета, наверное, весит не меньше килограмма. Ну, я подошел к нему и спросил, не отдаст ли он мне газету, раз все равно читает последнюю страницу…»