Здравствуйте! Это я. Стёпа.

Кто я такой? Ну, для себя я – это я, конечно. Я – и всё. А для других…

Когда утром я умываюсь в ванной и смотрю в зеркало, оттуда на меня поглядывает лопоухий конопатый мальчик тринадцати лет, со щербатым передним зубом, с карими улыбающимися глазами, курносый и толстогубый, ещё и с ямкой на подбородке.

Таких лиц вроде бы и много, но есть в нём что-то такое, чего нет ни у кого.

Как говорит мой дед Грицько: «Как будто кто-то взял, когда тебя нарисовали, да и провёл рукой и всё

смазал – нарушил, так сказать, симметрию: одна бровь выше, вторая ниже, одна щека более толстая, вторая более худая, и рот улыбается как-то в одну сторону веселее, чем в другую».

Раньше я не очень приглядывался к себе. Потому что умывался в сенях над ведром, и зеркала там не было.

Вообще в зеркало я смотрелся, наверное, раз в три месяца, когда наша сельская парикмахерша Феодосия Макаровна стригла меня машинкой «под ноль». А в другое время свою «фотографию» я видел лишь изредка – то в пруду, то в луже, то в оконном стекле. Она мелькала, не привлекая моего внимания.

И вот только теперь, ежедневно умываясь перед зеркалом в ванной, я наконец разглядел себя как следует.

Я сказал вам, что у меня улыбающиеся глаза? Так и есть. У меня весёлый характер. О таких, как я, говорят: «Стоит показать палец – и он уже смеётся».

Но сейчас, глядя в зеркало, я замечаю в своих глазах какую-то необычную муть.

Как будто что-то там померкло.

Как будто тучка набежала и закрыла солнце.

Вы уже, наверно, поняли, что я жил в селе. И что теперь живу в городе.