– Вот как? Ну, все едино… Вы сгодитесь в свидетели.
Брижерон принес ручку и чернила, и трое злоумышленников составили следующий документ:
«Мы, нижеподписавшиеся, завещаем все свое движимое и недвижимое имущество нашему другу…, с которым вместе провели трудные годы службы в Африке.
– Эй, Дохляк! Дуй сюда!
На кличку Дохляк отозвался тощий, как жердь, солдатик, который вечно мурлыкал что-то себе под нос. Не от хорошего настроения, нет, а по причине собственной придурковатости.
– Мы хотим, – объяснил американец Брижерону и придурочному Дохляку, – чтобы в случае, ежели кто из нас на этом курорте копыта отбросит, его барахлишко остальным досталось.
– Кому досталось? – деловито уточнил бывший грабитель.
– Тому, кто выживет.
– Хотел бы я знать, кто здесь выживет! – безнадежно махнул рукой Брижерон.
– Неважно. Главное, чтобы вы с Дохляком были свидетелями.
Дохляк растянул рот в ухмылке до ушей, здоровенных, как лопухи, и с гордостью сообщил:
– Дохляк тоже в свидетели попал! – На детский лад он частенько говорил о себе в третьем лице.
Солнце опустилось за горизонт, и в воздухе сразу же ощутимо похолодало.
– Я двинусь на юг! – заявил Тор.
– А ты? – любезно осведомился Питмен, вроде бы предлагая Франсуа право выбора.
– Не все ли равно? – с тоской отозвался француз. – Мне и так и этак не спастись.
Лейла вновь вырулила на середину, сочтя, что настало время достойным образом развлечь публику, но брошенный кем-то из легионеров кинжал просвистел в непосредственной близости от ее многострадальной физиономии, что заставило демоническую женщину ретироваться в угол.
– Что, если податься на север? – спросил Франсуа, словно заранее отказываясь от малейших шансов на успех.
– К северу от нас Сахара, – ответил Питмен. – Ее даже хорошо оснащенной экспедиции вряд ли преодолеть.
…После отбоя три легионера перелезли через заднюю стену крепости, обменялись рукопожатиями и двинулись в путь.