— Давай слазь, моя очередь!

Андрейка уступил ему место. Алешка взобрался на сиденье, дернул вожжи. Лошади, почуяв твердую Алешкину руку, двинулись еще ходче.

А Андрейка подбежал к отцу и уткнулся лицом в его грудь. Митрич обнял его и шлепнул широкой ладонью по горячей спине.

— Хотел дома тебя застать, сынок, а там и духу твоего нет.

— А чего в пустой-то избе делать? Здесь мы с Алешкой...

Андрейка с отцом подошли к телеге, стали помогать дояркам накладывать траву. Потом Андрейка повез траву на ферму. Из загона навстречу ему вышел Егор Васильевич, заведующий фермой. Был он в летах, но на ходу легок. Одет аккуратно: синяя сатиновая рубаха, на ногах яловые сапоги, на голове соломенная шляпа.

— Давай, Андрей, заезжай в загородку, — сказал Егор Васильевич.

Заехал Андрейка в загон, там свалил траву на землю. Егор Васильевич начал раскладывать траву по кормушкам. Андрейка поехал обратно.

— Помногу очень накладываете, лошадь зарежете! — крикнул Егор Васильевич.

— Оттуда под гору, дядя Егор, — отозвался Андрейка.

Пригнал Андрейка еще воз. Теперь кормушки полны свежего клевера. Вернулись к ферме и Митрич с доярками. Андрейка с Алешкой поехали лошадей отводить. Доярки умылись у холодного родника, приготовили подойники, фляги, надели халаты. Митрич с Егором Васильевичем, стоя у загородки, ожидали прихода стада.

— Мальчишки-то работают, что взрослые мужики! — удивлялся Митрич.

— Алексей решил отца заменить. Подслушал я их разговор с Андрейкой твоим... — ответил Егор Васильевич.

Подошло стадо. Пахнуло от него молоком и горячим потом. Над стадом вился рой слепней. Коровы мотали рогатыми головами, хлестали себя хвостами, и каждая стремилась скорее пробраться в прохладное и тенистое место. Они двигались плотно, бок о бок, тесня и толкая друг друга. Эта несокрушимая лавина с трудом вмещалась в ворота, напирала на изгородь, грозя развалить ее.