Надел он шляпу старика, Чуть-чуть понише крыш. - Хоть ты и выше головы, А первая слетишь!

И стариков он плащ надел Хвосты да локуты. Видать, его владелец гнал Советы суеты!

Влез в стариковы он штаны. - Ну, дед, шутить здоров! Клянусь душой, что не штаны На мне, а тень штанов!

Влез в стариковы он чулки. - Признайся, пилигрим, Что деды-прадеды твои В них шли в Иерусалим!

Два башмака надел: один Чуть жив, другой - дыряв. - Одежда делает господ. Готов. Неплох я - граф!

Марш, Робин Гуд! Марш в Ноттингэм! Робин, гип! Робин, гэп! Робин, гоп! Вдоль городской стены шериф Прогуливает зоб.

- О, снизойдите, добрый сэр, До просьбы уст моих! Что мне дадите, добрый сэр, Коль вздерну всех троих?

- Во-первых, три обновки дам С удалого плеча, Еще - тринадцать пенсов дам И званье палача.

Робин, шерифа обежав, Скок! и на камень - прыг! "Записывайся в палачи! Прешустрый ты старик!

- Я век свой не был палачом; Мечта моих ночей: Сто виселиц в моем саду И все для палачей!

Четыре у меня мешка: В том солод, в том зерно Ношу, в том - мясо, в том - муку, И все пусты равно.

Но есть еще один мешок: Гляди - горой раздут! В нем рог лежит, и этот рог Вручил мне Робин Гуд.

- Труби, труби, Робинов друг, Труби в Робинов рог! Да так, чтоб очи вон из ям, Чтоб скулы вон из щек!

Был рога первый зов как гром! И - молнией к нему Сто Робингудовых людей Предстало на холму.

Был следующий зов - то рать Сзывает Робин Гуд. Со всех сторон, во весь опор Мчит Робингудов люд.

- Но кто же вы? - спросил шериф, Чуть жив. - Отколь взялись? - Они - мои, а я Робин, А ты, шериф, молись!

На виселице злой шериф Висит. Пенька крепка. Под виселицей на лужку, Танцуют три стрелка.

Перевод Марины Цветаевой

Эдвард

- Чьей кровию меч ты свой так обагрил, Эдвард, Эдвард? Чьей кровию меч ты свой так обагрил? Зачем ты глядишь так сурово? - То сокола я, расердяся, убил, Мать моя, мать, То сокола я, рассердяся, убил, И негде добыть мне другого!