Молодой купец Калашников;

И он стал к окну, глядит на улицу

А на улице ночь темнёхонька;

Валит белый снег, расстилается,

Заметает след человеческий.

Вот он слышит, в сенях дверью хлопнули,

Потом слышит шаги торопливые;

Обернулся, глядит - сила крестная!

перед ним стоит молода жена,

Сама бледная, простоволосая,

Косы русые расплетённые

Снегом-инеем пересыпаны;

Смотрят очи мутные, как безумные;

Уста шепчут речи непонятные.

"Уж ты где, жена, жена шаталася?

На каком подворье, на площади,

Что растрёпаны твои волосы,

Что одежда твоя вся изорвана?

Уж гуляла ты, пировала ты,

Чай, с сынком всё боярским!..

Не на то пред святыми иконами

Мы с тобой, жена, обручалися,

Золотыми кольцами менялися!..

Как запру я тебя за железный замок,

За дубовою дверь окованную,

Чтобы свету божьего ты не видела,

Моя имя честное не порочила..."

И услышав то Алёна Дмитревна

Задрожала вся, моя голубушка,

Затряслась как листочек осиновый,

Горько-горько она восплакалась,

В ноги мужу повалилася.

"Государь ты мой, красно солнышко,

Иль убей меня или выслушай!

Твои речи - будто острый нож;

От них сердце разрывается.

Не боюся смерти лютыя,

Не боюся я людской молвы,

А боюсь твоей немилости.

От вечерни домой шла я нонече

Вдоль по улице одинёшенька.

И послышалось мне, будто снег хрустит;

Оглянулась - человек бежит.

Мои ноженьки подкосилися,

Шёлковой фатой я закрылася.

И он сильно схватил меня за руки

И сказал мне так тихим шёпотом:

"Что пужаешься, красная красавица?

Я не вор какой, душегуб лесной,

Я слуга царя, царя грозного,